VIII ОТКРЫТЫЙ ФЕСТИВАЛЬ ТЕАТРОВ КУКОЛ РЕГИОНА "БОЛЬШОЙ УРАЛ" "ЖИВАЯ ВОДА", или ТРИ КАПЕЛЬКИ СЛЕЗ (сказка, поведанная не бабушкой) "А потом черный ящик со сказками и песнями закрыли и унесли, и больше мы их никогда не слышали...", -- так заканчивается печальная история о смерти любимой бабушки, рассказанная в увертюре к спектаклю "Живая вода" (Челябинский театр кукол, режиссер Людвиг Устинов). А в последующие 43 минуты (точность -- вежливость не только королей, но и организаторов фестиваля: о продолжительности спектаклей объявлялось заранее) мы были свидетелями очень забавного действа, несмотря на то, что там все время кого-то воскрешали из мертвых. Парадокс в том, что лейтмотивом этого легкого, динамичного, можно сказать, веселого, с оттенком сатиры, спектакля была смерть. Сначала у доброй мамы-Марины умер сынок Сереня, и отправилась она за живой водой. Затем Баба-Яга из вредности запретила маме-Марине набрать из волшебного источника пол-литровую баночку живой воды. Но смелая мама-Марина очень хотела услышать такие знакомые слова своего сына Серени: "Мама, а можно я сегодня в школу не пойду? Неохота", -- поэтому никакие угрозы не могли ее остановить. Дальше началось нечто, похожее на гангстерский боевик: все милиционеры, посланные вдогонку маме-Марине, умирали (падали с лошади, с мотоцикла и даже разбивались на самолете). И добрая мама-Марина возвращала их к жизни, поливая украденной живой водой и приговаривая: "Я всего лишь три капельки". Мысль о том, что живой воды для Серени не останется, одолевала меня с самого начала. Так оно и оказалось. И расплакалась мама-Марина над телом сына своего, и оживили слезы его. Такова в общих чертах фабула спектакля. Добро снова победило зло. Но вернемся к самому началу -- к воспоминанию актера о смерти бабушки, которая рассказывала внукам сказки. Теперь, после просмотра, этот элегический монолог кажется оправданием для всего спектакля: со смертью бабушек от нас уходят настоящие сказки. Да, судя по раскатам смеха из зала, зрители были сиюминутно довольны, актеры играли великолепно (нужно отдать должное мастерству челябинских кукольников). Но не было загадки, метафоры, смысла, для осознания которого нужно душевное напряжение. (...) Честно говоря, мне бы не хотелось, чтобы мои дети слушали и смотрели такие "осовремененные" сказки: в них есть означенность, но нет символизма; и образы здесь - прототипы реальности, а не культурные архетипы; здесь все знакомо, а детям нужна тайна. И р и н а   Э л л